Net-Skop. Интернет обзор.


Нужен ли России Фонд перспективных исследований?

За все те годы, в то время как наша держава пыталась перейти от постсоциалистической перестройки к предкапиталистической модернизации как-то нимало уж нечасто стало упоминаться такое понятие как военная наука. Да что там военная… С наукой вообще, говоря открыто, долгое миг у нас была самая настоящая беда, которая вылилась в то, что ныне российская наукоемкая индустрия покуда не имеет полномасштабной возможности конкурировать с наукоемким коммерциалом целого ряда зарубежных государств.
Однако, раньше времени или поздно, черная полоска должна перейти в полосу белую, и какие-то зачатки этого перехода в эти дни уже разрешается наблюдать. Говоря о развитии военной науки, на которую нынче делается своеобразный акцент со стороны государства, воспрещено не упомянуть законопроект, касающийся создания Фонда перспективных исследований.
В родное час о создании ФПИ говорил Дмитрий Рогозин, и его мысль нашла отклик у высших руководителей государства. Посредством некоторое пора затем предложения Рогозина сотворить Фонд перспективных исследований в военно-технической отрасли, идея стала обретать определенные контуры. В прошлом месяце Владимир Путин привнес в Парламент надлежащий законопроект, а неделю обратно тот самый законопроект с успехом прошел первое читка в Государственной Думе. Подавляющее большинство депутатов (425) идею о ФПИ поддержало.
Единственное (или не совершенно единственное – об этом едва-едва ниже), что немного насторожило депутатов и представителей общественности в ходе обсуждения планов по созданию ФПИ, так это то, что план этот многие называют аналогом американской DARPA – американское агентство перспективных научно-исследовательских проектов. Названия, действительно, сильно и весьма похожи, но безупречно непонятно, что в этом может быть предосудительного. В этом случае больше чем уместна поговорка о том, что не нужно изобретать велосипед.
Если DARPA действует в США более полувека, и, надобно признать, действует эффективно, то зачем бы ни забрать такую структуру за основу перспективного планирования военно-технических стратегий для Российской Федерации. Да и кроме всего прочего, вопрос, тот, что упирается в термины, не что ни на есть главный. В конце концов, DARPA – в отдалении не один в своем роде эталон такого агентства (фонда). В 50-х годах и в Советском Союзе был утвержден Научно-технический Совет при Военно-промышленной комиссии, которая работала в рамках Совмина СССР. Если уж кто-то из читателей чересчур рядом к сердцу воспринимает вопросы нашего первенства или отставания от Запада, то таких читателей нужно успокоить, сказав, что вариант отечественного научно-технического совета появился более того капельку раньше, чем та самая американская DARPA (или, точнее ARPA в первоначальном варианте).
И совдеповский вариант, и вариант американский, как многие думают, не были направлены только только на заключение стратегических военных задач, хотя как раз эти задачи решались в первую очередь. Около отечественного Совета и американского агентства работали тысячи гражданских специалистов, которые старались применять военно-технические наработки и, скажем так, в общенародных целях. Ослепительный образец использования военной стратегии от той же ARPA стал ARPAnet, который сегодня считается отцом или, если позволите, дедом современного Интернета. Благодаря деятельности нашего Совета военно-технической направленности, были разработаны методики астрономических, арктических и антарктических исследований, были созданы различные передовые материалы, которые просторно используются сегодня в гражданской промышленности, создавались новые медикаменты, способные оказывать позитивное влияние на человечий тело при наличии определенных заболеваний.
Получается, что идея, поданная Дмитрием Рогозиным – это, скорее, идея возрождения того, что уже было в нашей стране, но, к сожалению, в отрезок времени безвременья оказалось без малого растерянным. Несмотря на то, что новой идею прозвать сложно, она не теряет своей актуальности.
Создание Фонда перспективных исследований в России – это прямой шаг не только к развитию военно-промышленной сферы, но и к ее интеграции с инновационными площадками гражданского сектора. Это прямая вероятность взаимного эффективного использования научных разработок, которые способны приносить ещё и ощутимый выигрыш государственной казне. Ведь, как известно, одно рабочее местоположение в наукоемком секторе, какую бы направленность (военную или гражданскую) он ни имел, автоматически порождает еще, как минимум, 7-8 рабочих мест в смежных отраслях. Выходит, что создание ФПИ – это еще и прямой дорога к решению стратегической задачи увеличения числа рабочих мест в России. Деньги, которые будут вложены в Фонд перспективного развития, если, конечно, ими умело распорядятся, станут идеальными инвестициями в предстоящее страны, как бы это высокопарно ни звучало.
Стоит освежить память о том, чем же будет заниматься ФПИ, если вопросительный мотив о его создании будет решен окончательно. Планируется, что в круг задач Фонда будут входить:
вопросы разработки и создания новой военной техники;
формирование представлений научного характера о возможных угрозах, причинах их возникновения и путей их ликвидации;
апробация инновационных научно-технических идей, которые могут стоять на стыке военной и гражданской сфер;
поддержка работы ученых, которая направлена на совершенствование научно-технического потенциала России.
Казалось бы, что существование такого Фонда – вещь однозначно правильная и нужная в нашей стране. При всем при том в миг голосования оказалось, что были и те депутаты, которые высказались супротив идеи создания ФПИ. После этого голосования было в особенности занятно узнать, отчего некоторые представители депутатского корпуса усмотрели в создании Фонда нечто негативное.
Оказалось, что проголосовавшие «против» не видят ничего плохого в возможной работе этого Фонда, но их, как говорится, терзают смутные сомнения по поводу того, что очередной Фонд превратится в новую коррупционную ловушку. Так думает, к примеру, народный избранник от фракции КПРФ в Госдуме Владимир Федоткин. И его соображение не разрешено наречь на все сто неуместным.
Справедливости для нужно сказать, что за последние годы, действительно, создавалось полно фондов, которые должны были действовать для решения больших задач, но вместо этого они превосходно аккумулировали в себе средства, которые затем поступали на непонятные счета и растворялись на бескрайних финансовых просторах, причем зачастую и на просторах иностранных финансовых систем. А вследствие того что опасения того же народного избранника Федоткина игнорировать нельзя, тем более, что стоимость вопроса с ФПИ, по некоторым данным, составляет рядом 12,5 млрд. долларов в год (программа рассчитана до 2020 года).
Именно потому стоит толковать о своевременности идеи создания Фонда перспективных исследований в России, но в то же период нужно снабдить просторный социальный надзор расходования средств из этого фонда, чтобы он не стал очередным призрачным «Роснано», который как будто бы и есть, но вот продукции которого на рынке как бы бы и нет…

Keywords:




Net-Skop. Интернет обзор. © Net-Skop team